Наверх
5 апреля 2015, 13:00, 7 Дней

Ольга Куриленко: «Кроу взял меня в свой фильм без проб»

Актриса, ставшая знаменитостью мирового уровня, рассказала, как учила для роли турецкий язык, чему научилась у Терренса Малика и на что потратила первый гонорар

В 16 лет Ольга Куриленко приехала в Париж работать по контракту с модельным агентством (до 13 она жила в родном Бердянске, потом еще 3 года в Москве). А в 2007 году, когда Ольге было 27 лет, она совершила настоящий прорыв, сумев получить роль девушки Бонда в «Кванте милосердия» с Дэниэлом Крэйгом. Теперь ее партнеры — звезды Голливуда: Том Круз, Бен Аффлек и Рассел Кроу, который утвердил Ольгу без всяких проб. Это ли не вершина успеха?

— Ольга, Рассел Кроу утвердил вас в свой режиссерский дебют «Искатель воды» без проб. Все-таки подобным отношением могут похвастаться только звезды…

— Рассел прислал мне сценарий вместе с письмом и попросил почитать и ответить ему. В том числе и какую героиню я бы предпочла сыграть. Конечно, я не льщу себе настолько, чтобы думать, будто он не посылал свой сценарий другим актрисам. Наверное, немногим, но посылал. Я у него не спрашивала, честно говоря. Я ответила ему, что мне очень понравилась Эйши, хозяйка гостиницы в Стамбуле.

Ее муж погиб в Первой мировой войне, в Турции, во время печально знаменитой битвы при Галлиполи (это вообще фильм о Первой мировой войне, в ней же австралийцы тоже участвовали как подданные Британского королевства), и его брат хочет по местным обычаям и традициям на ней жениться, чтобы стать отцом ее ребенку, своему племяннику. А эта молодая женщина сопротивляется. Она ведь уже один раз нарушила традицию и сумела выйти за того, кого любила, а не за того, кого ей сватали.

В общем, она мне очень напомнила мою маму — она меня тоже воспитывала без мужа, ей часто предлагали выйти замуж, но она ни за что не соглашалась без любви, только ради удобства, выгоды, чтобы облегчить себе жизнь. Лучше быть одной, чем жить с мужчиной без любви. Думаю, я в этом смысле точно пошла в маму. Так вот, Расселл позвонил мне и сказал, что мое ответное письмо ему очень понравилось, и предложил встретиться. Что я там такого особенного написала, даже и не помню. И мы договорились встретиться в Париже. Я как раз возвращалась сюда из Сербии после съемок в «Человеке ноября» с Пирсом Броснаном.

С Расселом Кроу в «Искателе воды»
 

Мы с Расселлом встретились, поговорили, и он через два дня позвонил и сказал, что роль моя. Я спросила, почему он меня выбрал? Расселл ответил, что больше ни в ком эту героиню не видит. А тем более в американских актрисах — у них совсем другие типажи. Задал один-единственный вопрос — как быстро я смогу выучить турецкий язык. Моя героиня турчанка, хотя и знает английский, но во многих сценах говорит по-турецки. Я сказала: нет проблем. Потом, конечно, переживала, справлюсь ли, но, к счастью, языки мне даются очень легко.

Несколько недель я учила сама, с помощью специальной программы, а потом Расселл увез нас всех в Австралию и каждый день буквально запирал меня и тех актеров, которые тоже учили турецкий язык, с учителем в своем офисе, на целый день. В результате на съемках я даже импровизировала на турецком языке.

Кстати, отвечая на ваш вопрос, могу отметить, что роли в последних моих фильмах («Идеальный день» с Тимом Роббинсом, «Ускорение» с Морганом Фриманом и еще одна картина пока без названия, куда Ольгу пригласили сыграть с Джереми Айронсом. — Прим. ред.) я тоже получала без проб — мне просто приходили приглашения. Это, конечно, очень приятно. Значит, меня и мою работу уже знают.

— Скажите, а вы мечтали в детстве о такой карьере?

— Нет. И знаете почему? Да потому что я знала, что это невозможно. Нельзя мечтать о вещах, которые по определению не могут случиться. Но в отличие от меня, моя мама — настоящая мечтательница. Она увлеченный человек, обожающий искусство, в школе она преподавала рисование. Немножко такая сумасшедшая. (Смеется.) И она всегда хотела дать мне гораздо больше, чем могла себе позволить. В смысле образования. Я танцевала, занималась музыкой, рисовала. Хотя думала, что стану врачом, как моя бабушка, мамина мама. Я помню, как постоянно делала «операции» на своем игрушечном мишке. (Улыбается.)

И вот однажды мама накопила немного денег (а их у нас в семье совсем мало водилось) и привезла меня на несколько дней в Москву. Поводить по музеям, Кремль показать, парк Горького. О том, чтобы побегать по магазинам, и речи не шло, хотя у нас в городе Бердянске конечно же совсем ничего нельзя было купить — в отличие все-таки от Москвы. И случилось настоящее чудо, которому у меня до сих пор нет объяснения. На одной из станций метро в толчее на платформе к нам подошла незнакомая женщина и спросила, не хочу ли я показаться в модельном агентстве. Как? Почему? Единственное, на что можно было обратить внимание в ту пору, так это на мои волосы. Густые, длинные, до талии…

Так я заработала первые деньги — $30, немыслимая сумма для нашей семьи. Пришлось потратить их на покупку шерстяного пальто на рынке, в Москве было очень холодно. А позже на заработанные деньги купила видеомагнитофон и несколько кассет с фильмами — и, возвращаясь в Бердянск, чувствовала себя как настоящая добытчица. Так была счастлива, так собой горда! И мама мною гордилась. Такие покупки для моих родных были недоступной абсолютно роскошью. А я сумела принести немного радости в наш дом. Мама до сих пор считает тот момент в метро чудом.

Но я гораздо более реалистично смотрю на жизнь. Случаются удивительные вещи, но все зависит от того, как ими распорядиться. Ведь человек — это то, как проходила его жизнь, каждый день, начиная с рождения. У меня было счастливое детство. Очень счастливое. Меня очень любили бабушка и мама, я чувствовала эту любовь, ежесекундно, купалась в ней. А что еще нужно ребенку и вообще любому человеку?

Конечно, не хватало еды, а тем более вкусностей всяких, новых джинсов, каких-то материальных вещей, но это не главное. Я усвоила тогда: если я не могу что-то иметь, значит, не могу. И все. Очень просто. Я знаю много детей из богатых семей. И они были по-настоящему несчастны, имея все, что душе угодно. Потому что их родители всегда были заняты, их как бы не существовало в жизни своих детей. В общем, потом я стала постоянно приезжать в Москву работать. Почти год моталась туда из Бердянска. Поезд шел очень долго, больше 20 часов. Но снимать жилье в Москве было дорого. И потом, мне нравилось все свободное время проводить дома.

— А отец в вашей жизни участия не принимал?

— Он нас бросил, когда мне было 3 года. Отец был типичным представителем богемы, насколько можно так сказать о человеке, живущем в маленьком провинциальном городе. Он писал стихи и работал танцовщиком. Впервые я с ним познакомилась в 8 лет. Он позвонил в дверь нашей квартиры, мама открыла и представила нас. Мы встречались с тех пор, но очень-очень редко. Вряд ли это можно назвать общением.

— Ну а в 16 лет вас пригласили работать во французское модельное агентство. И ваша судьба окончательно определилась.

— Знаете, агентство вас подписывает, оплачивает все расходы, но этот контракт всего лишь проверка. Испытание. Если девушка не пользуется популярностью, ее отсылают домой. Многие девочки уехали… А некоторые, что очень печально, из модельных агентств попадают совсем в другие места… Я очень много работала, очень старалась и осталась. Помню, когда только приехала, не могла понять, почему все женщины так странно одеты — во все черное. У нас совсем иначе одеваются — чем ярче, тем лучше. И вот мне в агентстве перед самым первым кастингом дали немного денег, велели купить джинсы и черный топ. (Улыбается.)

Конечно, мне сначала было одиноко во Франции, я скучала по маме, по дому, вела дневник. До сих пор его храню, но читать не могу. Открываю и сразу же закрываю. Слишком много там мрачных мыслей… Но в целом мне сразу пришлись по душе образ жизни, манеры, характер французов. И главное, я видела какую-то перспективу. Выучила очень быстро французский, английский, меня снимали на обложки, работы было в избытке. Но только когда я начала брать уроки актерской игры, почувствовала себя по-настоящему счастливой.

— В первых картинах вам пришлось много обнажаться. Наверное, иначе модели, да еще и эмигрантке в кино не попасть?

— Я получила первую роль в кино в 24 года. И это удивительно, что режиссер, женщина кстати, Диана Бертран, в меня поверила, такую «сырую», ничего толком не умевшую. И мне очень эта первая картина дорога (фильм «Перст любви». — Прим. ред.). Гораздо больше мне пришлось обнажаться в другом фильме, уже голливудском, — «Хитмэн». Это ведь еще одно чудо, что меня в него взяли. Наверное, потому что режиссер — француз.

С Дэниэлом Крэйгом в «Кванте милосердия»

 

— Прорыв случился, когда из 400 претенденток вас выбрали на роль девушки Бонда в фильме «Квант милосердия» с Дэниэлом Крэйгом. Ходили слухи, что вас утвердил именно он, всемогущий Крэйг…

— Я узнала о том, что меня утвердили, в рождественскую ночь 2007 года. Отличный подарок! О слухах ничего не знаю. Лично я была уверена, что пробы провалила. А режиссер потом сказал, что выбрал меня, потому что я показалась ему самой хладнокровной.

— Не боялись, что вас постигнет та же злая судьба, что и большинство актрис, засветившихся в фильмах об агенте 007? Я имею в виду, что эта вожделенная роль оказалась у многих из них чуть ли не единственной. Или же их потом снимали только в такого рода ролях, но в гораздо менее громких проектах.

— Не то чтобы я боялась. Но когда все кругом только об этом и говорили и спрашивали меня, не боюсь ли я… (Смеется.) Невольно стала бояться. Но это и к лучшему. Я поняла, что должна бороться с подобным положением дел. Не сдаваться без боя, чтобы не остаться навеки девушкой Бонда. Хотя в этом фильме у меня, между прочим, не только функция «любовного интереса» для агента 007, я становлюсь его союзником и почти такой же сильной, как он. Даже соперничать с ним пытаюсь. В любом случае я очень много думала и пришла к выводу: нужно очень придирчиво соглашаться на роли и уметь говорить «нет». Иначе, наверное, и не было бы тех предложений, которые я потом получила.

— Например, сам Том Круз вас пригласил сыграть с ним на пару в блокбастере «Обливион», ставшем мировым хитом…

— Я вообще-то много ролей отклонила в экшен-фильмах, куда меня звали. Но не из-за экшена, а по другим совсем причинам. В боевике или тем более в научно-фантастическом фильме может быть много чего другого, кроме трюков. Или нет. В «Обливионе» как раз был отличный баланс между экшеном и интересным характером героини. Например, она романтичная.

— Как вам с Томом Крузом работалось?

— Я его не знала раньше. Встре­тилась незадолго до начала съемок. Конечно, я очень нервничала, хотела сказать что-нибудь умное, но смутилась. Все-таки это Круз! Он оказался таким милым, открытым. Нормальным. Словно и не звезда вовсе. Разговаривал, как будто мы с ним давние друзья. Он невероятный трудяга и присматривает за всеми, заботится — не только об актерах, обо всех членах съемочной группы. Стоит только у кого-то возникнуть проблеме — он тут как тут. Люди к нему тянутся, хотят с ним рядом работать и находиться. И становится понятно, почему он стал тем, кем он стал.

Я стараюсь учиться у всех, с кем сводит меня судьба на площадке. У Пирса Броснана, с которым играла в «Человеке ноября», у Колина Фаррелла, Вуди Харрельсона и Кристофера Уокена, с которыми снималась у суперкультового британского режиссера Мартина Макдонаха в «Семи психопатах». Еще у Бена Аффлека и Хавьера Бардема — с ними я поработала в фильме «К чуду» режиссера Терренса Малика. У него готовы сниматься хоть бесплатно любые звезды, такие как, например, Брэд Питт. Так вот он меня попросил перечитать несколько книг — «Анну Каренину», «Идиота» и «Братьев Карамазовых». Сказал, что только русские литературные герои совмещают в себе надменность и честность, чистосердечие, даже невинность. И он хотел, чтобы моя героиня была одновременно и высокомерной, и открытой, потому что именно так проявляется человеческое достоинство. Мы с ним очень много разговаривали. Конечно, это был для меня колоссальный урок.

— В фильме «Искатель воды» вы играете мать, а сами не планируете стать мамой?

— В этой роли мне очень помогло, что я три года была приемной мамой дочке своего бойфренда. Но там ведь у главного героя, которого играет Кроу, погибают на войне сыновья. И я не представляю себе, как можно такое пережить… Вы спрашиваете, хотела бы я сама стать матерью… Понимаете, мне сейчас нужна независимость — во всех смыслах. Потому что с появлением ребенка женщина уже себе не принадлежит, она должна жить только для того, чтобы ее ребенок был счастлив. Возможно, я утрирую немного, но в целом это нормально и правильно.

Подпишитесь
Фильмы в сюжете
Показать ещё
Новости по теме
9192 фильма из 10 крупнейших онлайн-кинотеатров
История моих просмотров