Наверх
10 июля 2006, 11:02, StarStory.Ru

Михаил Южный. Эксклюзивное интервью

Со звездой российского тенниса Михаилом Южным мы договорились об интервью еще полгода назад, но встретиться смогли лишь недавно – поскольку большую часть своего времени он проводит за границей на тренировках и турнирах

38 ракетка мира, победитель St.Petersburg Open, Кубка Кремля, Кубка Дэвиса в эксклюзивном интервью starstory.ru рассказал о своем первом заработке, первом автомобиле, фирменных жестах на корте, мечте в виде теннисной академии и особенных взаимоотношениях со своим отцом.

Я – простой советский ребенок. Родился в Москве, 25 июня 1982 года. Кстати, в один день с папой. В честь него меня и назвали Михаилом.

То есть Михаил Михайлович?

Совершенно верно (улыбается). Семья наша к спорту отношения никакого не имела: отец был военным химиком, носил звание полковника, мама – экономист. Еще у меня есть два старших брата. Александр – сводный брат – старше меня на 12 лет. Андрей – мой родной брат – старше меня на 2 года. После того, как нас с Андреем отдали в теннис, отец уволился: он решил, что дети важнее. И стал заниматься нами, по возможности, сопровождать на турниры.

Смотрите эксклюзивные фотогалереи

А как ты в теннис попал?

Сначала в спорт отдали Андрея. В четыре года он попал в секцию «теннис и фигурное катание» – тогда в нагрузку обязательно давали еще один вид спорта. Зимой – фигурное катание, летом – теннис. А я целый год ходил с братом на тренировки, потому что меня не с кем было дома оставлять. Когда же мне исполнилось три года, тренер сказала, что нечего мне просто так ходить, и пообещала достать абонемент. Вот так и началась моя карьера. Когда мне было 6 лет, а Андрею, соответственно, – 8, мы попали на отбор в «Спартак-Ширяево». С тех пор мы шли в паре. Он, как старший, пробивал дорогу, а я уже шел по протоптанной тропинке. Что я могу сказать: все шишки доставались ему (смеется).

Это все воспоминания глубокого детства. А как ты познакомился со своим тренером?

На базе «Спартак-Ширяево». У нашей группы было довольно много свободного времени. И пока остальные просто так бегали, мы с Андреем смотрели на старших, и, глядя на них, учились подавать мячи. Я – Андрею, он – мне. Нас заметил тренер. Он об этом так рассказывает: «Прихожу я на базу – все дети бегают, а эти двое мячи кидают. Ухожу – а они все кидают. Упорные!»

Насколько мне известно, у тебя на протяжении всей спортивной карьеры тренер не менялся?

Именно так. Мой тренер, Собкин Борис Львович, поверил в меня. А я поверил ему. Он со мной с 1993 года. У нас с ним, кстати, нет контракта. Мы лет десять назад договорились и на этой договоренности и строим наши финансовые отношения. Никаких бумаг, только большая степень доверия. Многие говорят, что мне нужно менять тренера, расти профессионально. Но я же вижу результат нашей совместной работы. И я расту как теннисист, а Борис Львович как тренер растет вместе со мной. У меня свой взгляд на эту проблему.

Какой, если не секрет?

Часто игроки переходят от одного тренера к другому. И в таких случаях, по-моему, тренер не повышает свою квалификацию. Он работает циклично: пришел игрок – он ему рассказал, что знает, пришел другой – рассказал то же самое, – все под одну гребенку, никакого индивидуального подхода. У нас с тренером другая ситуация. То, что он говорил мне три года назад, уже не актуально сегодня, поэтому мы используем новые методы. Хотя многие продолжают настаивать, что мне нужно уходить к другому. Говорят разные глупости, что, например, Борис Львович тренирует меня по дневникам тренера Андрея Чеснокова..

Получается, что многие списывают твои неудачи на твоего тренера?

Борис Львович, на самом деле, довольно сложный человек. Зачастую, многие его домыслы рассматриваются как оправдание: например, что я стал сдавать позиции в 2003 году. Но не будешь же ты каждому объяснять, что это был тяжелый период для меня, что я пережил смерть отца.

А какие у тебя были отношения с папой?

Папа был стеной, которая в одночасье рухнула. Я очень много проводил времени с ним, даже создавалось впечатление, что я «папенькин сынок». Мы же были с отцом друзьями. Он был очень энергичным, живым, иногда вспыльчивым человеком. Всегда говорил правду в глаза, ничего не скрывая. Он многому научил меня, и именно благодаря ему я рано повзрослел, в хорошем смысле. Получилось, что с разницей в три месяца мне пришлось сначала упасть очень низко (трагическая смерть отца – прим. авт.) и взлететь очень высоко (победа в кубке Дэвиса – прим. авт.).

Ты ощутил груз славы, когда победил в самом престижном турнире?

Честно говоря, в тот момент Кубок Дэвиса не доставил мне той радости, потому что отец не увидел моей победы. Но сейчас я понимаю, насколько эта победа была важна – как для меня, так и для страны в целом. Люди реагировали бурно: первая победа за 100 лет! Когда выигрываешь лично ты – это одно, а когда вся страна – это совсем другая реакция. Я понял это на следующий же день, приехав в Москву. Я торопился на пресс-конференцию и чуть-чуть нарушил правила дорожного движения. Сразу был остановлен сотрудником ГИБДД. Но, как только я открыл окно, он тут же меня поздравил, даже не стал предъявлять претензий по поводу мелкого нарушения.

А когда на улицах тебя узнают, спокойно реагируешь?

Бывает, что просто узнают, автограф попросят. А бывает, что панибратство начинается. Такого не люблю. Я не заносчивый, просто считаю, что в общении с незнакомыми и малознакомыми людьми должен соблюдаться некий этикет.

Кстати, про рестораны. Какую кухню предпочитаешь?

Люблю русскую, домашнюю кухню. К популярной в России японской кухне равнодушен: могу изредка, за компанию поесть с друзьями суши. А так – люблю оливье, курицу. Самые любимые блюда – те, что готовит мне мама.

А как же диеты? Ты их не соблюдаешь?

Нет необходимости – у меня стандартный вес. Если даже чуть-чуть наберу, то это несерьезная цифра.

Раз уж заговорили о предпочтениях, какой у тебя автомобиль?

Сейчас Mersedes ML. Я его не покупал, а выиграл на турнире в Штутгарте.

А первая машина?

Первой машиной у меня была Лада. Мне было тогда 18 лет. А вожу я машину с 14 лет – папа научил. Мой тренер живет на Кутузовском. Помню, мы его подвозили после тренировок, а до дома на проспекте Вернадского я ездил самостоятельно, под присмотром папы, конечно. На всякий случай, сзади мы ставили значок «У» (улыбается).

И тебя никто не останавливал?

Было пару раз. Но все проходило спокойно. Когда мне было где-то примерно 17,5 лет, папа попал в больницу, а я не успевал всюду ездить своим ходом. Машина стояла в гараже. Сначала один раз я взял машину, потом второй – папа знал об этом, конечно, – с этого момента я стал ездить самостоятельно. Пару раз меня остановили, когда я был без прав: я заплатил штраф. Еще специально возил с собой газеты, чтобы показать сотрудникам ГИБДД, что я не хулиган, а спортсмен… А в восемнадцать лет на свои деньги я уже купил машину и сдал на права.

Помнишь свои первые заработанные деньги?

Это были 10 рублей в 1990-м году – за семнадцатое место на турнире.

Голубая мечта в виде машины?

В этом вопросе я не могу разобраться до конца. Но это будет какая-то мощная машинка – какой-нибудь Мерседес SL 5,5 или что-то в этом роде. А с другой стороны, и не нужно все это. Я к этому спокойно отношусь.

А в плане одежды? Какой стиль предпочитаешь?

Будете смеяться, но спортивный. Особенно здесь, в Москве. Тем более, у меня практически каждый день тренировки. А если нет, то стиль casual: джемпер, джинсы и ботинки.

Как одежду выбираешь?

Что понравится. На марках я не зациклен. Правда, в Штутгарте, где часто у нас проходят турниры, есть фабрика Hugo Boss. Там и закупаюсь, раз в год. А если необходимо что-то срочно – еду и покупаю в Москве.

А как к деньгам относишься?

Могу сказать, что они мне даются тяжело. И, как мне кажется, я знаю цену деньгам. Цена за мое нынешнее положение очень высока, поэтому я ценю, все что есть.

Скажи, ты часто бываешь в Москве?

От силы – неделю в месяц. А так, я в постоянных в разъездах.

А есть место в мире, где ты не бывал?

Да, есть: Африка. Если не считать Египта, конечно. В Израиле очень хочу побывать: читал о нем много, интересно с точки зрения истории. А вообще, очень нравится Австралия: там спокойно, уютно. А Европа мне почти как родная (смеется).

А лучше всего где?

В России, естественно.

Самое яркое твое воспоминание о детском отдыхе?

Помню, большую часть каникул мы с Андреем проводили в деревне в 300 км от Москвы. Сейчас, как впрочем, и раньше, там нет дорог, телефон не ловит. Тогда была деревня как деревня, а сейчас только 3-4 дома осталось. Вот это для меня своего рода экзотика. Раньше там пооживленней было. Мы с братом даже овец ходили пасти. Но больше всего времени проводили на базе, на тренировках. Нам мама с утра собирала рюкзак с провизией, и из этого рюкзака питалась вся Ширяевка. Мы домой пустой рюкзак приносим, мама рада: «Молодцы, все съели»! На следующий день опять – полная сумка еды: куча бутербродов, яйца, помидоры, котлетки, термос с чаем.

Есть ли у тебя фирменные жесты на корте?

Раньше не было, сейчас я стал больше внимания уделять актерскому мастерству. Ведь я играю еще и...

Поделиться с друзьями!
Подпишитесь
Пока ни одного комментария, будьте первым!
Чтобы оставить комментарий, вам нужно авторизоваться.
10316 фильмов из 10 крупнейших онлайн-кинотеатров
История моих просмотров
СкрытьПоказать