Наверх
4 декабря 2006, 12:57, StarStory.Ru

Елена Бирюкова. Эксклюзивное интервью

Пройдя кастинг в несколько туров, продюсер сказал мне: «Мы искали не актрису, которая могла бы сыграть Машу, а Машу. И мы ее нашли...»

Актриса Елена Бирюкова известна каждому второму телезрителю благодаря своей героине из ситкома «Саша+Маша». Соглашаясь на съемки в сериале, Елена заранее знала, что образ ее сериальной Маши надолго закрепится за ней в профессии. Однако люди, далекие от телевидения, больше знают ее как талантливую театральную артистку, успешно играющую на сцене театра Маяковского самые разноплановые роли. О том, как она начинала свой актерский путь, о режиссере Андрее Гончарове, о своей семье – любимой дочке Сашеньке и муже Алексее Литвине – Елена рассказала в интервью специально для starstory.ru.

Елена, страсть к творческой профессии у вас с детства?

Знаете, я вообще не собиралась быть актрисой. В моей семье актеров нет вообще – только природные данные (улыбается). В детстве я была очень стеснительным и зажатым ребенком – даже стихи на людях читать не любила. Правда, в школьных постановках участвовала. Помню, учительница ходила змейкой между рядами, а я стояла у доски и читала стихи: мне хотелось донести образ прекрасной поэзии до одноклассников. Я читала вдохновенно, не дежурно. И мне было дико, что кто-то в то время, когда я декламировала, сморкался, хрюкал.... Можно сказать, я была белой вороной. Одноклассники меня не понимали, потому что я умела дружить: общалась с отличниками и в то же время – какими-то хулиганами, двоечниками. Просто меня интересовало очень многое. И меня из-за этого не очень понимали. Могли и напакостить.

Смотрите эксклюзивные фотогалереи

С такими талантами – почему не решились поступить в театральный?

Мне казалось, что актерская профессия – из разряда божественного. Я не считала себя достойной. Нет, я занималась в театральной студии, но я поступила туда только в 10 классе. А после школы решила пойти в педагогический. Не поступила. Все потому, что не понимала, кем я хочу быть. Выбрала факультет, где было 0,9 человек на место. Это была специализация «олигофренопедагогика». Я первая пошла сдавать устный экзамен и, надо ж такому случиться, выбрала билет с вопросом о 27 съезде компартии. Ужас, такой билет был единственным, и он попался именно мне! Конечно же, я благополучно получила двойку, потому что пыталась «лить воду». Вышла и первым делом спросила: а что такое олигофренопедагогика? Мне сказали: «Ты что, это значит учить детей умственно отсталых». И я подумала: слава богу, что я провалилась.

Не жалеете?

Нисколько. Вообще, нужно сказать, что в моей жизни много таких случайностей, которые ее меняют. И я не стараюсь им противиться. Конечно, когда перед тобой две дорожки, ты думаешь: по одной пойти или другой? Но даже если ты выбираешь не ту, в конечном счете все равно выйдешь на другую, которую изначально проигнорировал.

Елена, а вам, вообще, везло в жизни?

Мне никогда ничего не давалось просто так. И никогда не выпадал счастливый случай. Всему хорошему всегда предшествует большой труд. И каждый раз это борьба. Например, мне предстоит бесплатная поездка, а я думаю: нет уж, лучше я заплачу, ведь за это потребуется плата потом. Вот такая я суеверная.

А вы помните свой театральный дебют?

Я играла Кикимору в детской студии на новогоднем утреннике. Помню, гример все время говорила мне: «Зря красишься, красоты не замажешь» (смеется). А если честно, то красивой себя никогда не считала. Так – симпатичной, обаятельной. Ну а из серьезных ролей, которые я играла в альтернативном театре (там Елена проработала три года до поступления в институт – прим.авт.), я бы назвала работу в спектакле «Оркестр», где я играла Патрицию. Правда, в одном из эпизодов у меня подвернулась нога – я была на высоченных каблуках – и рухнула прямо на сцене. Причем половина зрителей так и не поняла, было ли так задумано или это случайность. Мой дедушка, который присутствовал на спектакле с составе большой компании родственников, так ничего и не понял (смеется). Ну а дома я рыдала, конечно. Боялась, что меня выгонят за такое. Так что первый мой опыт в театре был настоящим стрессом.

Вы легко прочувствовали принципиальную разницу работы в столичном и провинциальном театре?

В небольшом академическом театре всегда присутствует дух единомышленников, когда все хотят делать что-то новое и свое. Но я бы не сказала, что московские и провинциальные театры чем-то отличаются. Просто возможностей у столичных артистов больше: они востребованы не только в театрах, а работают и общаются и на съемочных площадках, и в медиапространстве. А в провинции вся жизнь крутится исключительно в театре: там актерам и пойти некуда. Вот и варятся они в этом театральном котле, отсюда и интриг больше получается. А это тяжело.

Очень часто театр сравнивают с террариумом единомышленников. Вы согласны с этим?

Вы знаете, мне неинтересно вмешиваться в жизнь других людей и принимать в них участие. Я выключаюсь от их проблем. И даже если я переживаю что-то внутри себя, никогда не стану выносить это за пределы своего дома, родной кухни, узкого круга родных и близких. Я не люблю этого. Но с театром Маяковского в этом плане мне несказанно повезло. Когда я пришла туда, главным режиссером был Андрей Александрович Гончаров. Не было никаких актерских группировок по интересам. Был Гончаров и театральная труппа. И все держались друг друга, потому что ссориться не было никакого смысла: какие бы интриги или козни ни строились, последнее и главное слово было за Андреем Александровичем. А он был очень непредсказуемым человеком: сегодня он погладил тебя по голове, отметил тебя на репетиции, а завтра он не узнает тебя в лицо или не выделит из толпы.

Почему вы ушли из репертуарного театра?

В последнее время я стала безумно ценить комфорт вокруг себя. Сейчас я играю в антрепризе «Боинг-Боинг» вместе с Егором Дроновым и безумно дорожу своей внутренней творческой свободой. Это же здорово, когда никто ничего с тобой не делит и ты никому ничего не доказываешь. В репертуарном театре, что ни говори, у каждого есть свое место, которое надо завоевать, обречь свой статус. Все эти условности мне как актрисе ни к чему.

Вам приходилось сталкиваться с завистью в своей профессии?

Знаете, раньше было такое и, признаюсь, меня это немного задевало. Именно поэтому я чаще общалась с актерами-мужчинами, чтобы быть подальше от склоков, сплетен и кривотолков. У меня вообще не было актрис среди подруг. Мне казалось, что мужчины-актеры в своем стремлении в творчестве были намного интересней и искренней. Спустя несколько лет мое мнение относительно актеров не изменилось, но и среди женщин у меня появились подруги, дружбой с которыми я дорожу не только в театральной среде, но и в повседневной жизни.

Съемка в ситкоме «Саша+Маша» стала вашим первым нетеатральным проектом?

Да, это был мой дебют на телевидении. Возможно, я бы не согласилась на съемки в ситкоме, просто на тот момент у меня было затишье в театре, временно не было работы. А я по своей натуре трудоголик, мне постоянно нужно что-то делать, развиваться, удовлетворять свои актерские амбиции. Пройдя кастинг в несколько туров, продюсер сказал мне: «Мы искали не актрису, которая могла бы сыграть Машу, а Машу. И мы ее нашли».

Трудно вам было справиться с ролью?

Играть было несложно. Несмотря на то, что мы с Машей совершенно разные: я бы во многих ситуациях поступила бы совершенно не так, как моя героиня. Но я органично сумела приспособить себя к ней. А моя личная мгновенная реакция, мой смех, мои жесты еще более полно дополнили образ Маши.

Часто вам приходилось импровизировать на съемочной площадке?

Вообще, мы четко следовали по сценарию, и импровизация не приветствовалась. Но поскольку текст был по-бытовому легким, мы с Егором не разучивали его, а читали всего пару раз и выдавали с первого дубля. После первых трех репетиций внутренняя логика и интонация всех диалогов была налицо. Знаете, я сейчас думаю о том, что далеко не всякой актрисе выпадет возможность сыграть две тысячи сцен вариаций отношений мужчины и женщины: от драки до любви. А мне такой шанс представился (улыбается).

Елена, а вы сами смеетесь над бытовыми сценками в ситкоме? Со стороны они кажутся вам смешными?

Недавно ко мне приезжала сестра, и мы на DVD выборочно смотрели серии. В конце каждого диска есть подборка сцен за кадрами. Когда я это увидела, я умирала от хохота и рыдала. Трудно даже поверить, что над собой можно ТАК смеяться со стороны. Когда ты играешь комедию, далеко не всегда тебе самой бывает смешно: не всегда же есть настроение или желание прыгать клоуном. Помню, снимали сцену Саши и Маши в китайском ресторане. По сценарию, нам принесли клубнику: мы сидим, разговариваем. Помню, Егор кладет мне в рот клубничку и в это же время задает вопрос. А я понимаю, что не могу ответить: нужно вначале прожевать. А Егор уже вошел в роль и сквозь смех говорит: «Ну что ты все пытаешься сказать?!» Вот таких приколов на съемках было очень много.

Вы не побоялись, что после окончания съемок образ ситкомовской героини будет тянуться за вами шлейфом долгое время?

Я еще до съемок поняла, что моя Маша надолго закрепится за мной в профессии. Но я рискнула. Как говорится, бояться волков – в лес не ходить. Знаете, съемки закончились еще в мае прошлого года, а сериал показывают до сих пор в десятом повторе, и он имеет...

Подпишитесь
Пока ни одного комментария, будьте первым!
Чтобы оставить комментарий, вам нужно авторизоваться.
9186 фильмов из 10 крупнейших онлайн-кинотеатров
История моих просмотров